Обряд «сара чуклени» знаменует собой завершение годового цикла сельскохозяйственных ритуалов, уходящих корнями в древний земледельческий культ. Однако его содержание тесно переплетено с осенними поминальными празднествами, что придает ему особую, двойственную природу.
«Автан сӑри» — поминальное пиво
Этнографические источники свидетельствуют, что после молений о будущем урожае чуваши проводили обряд «автан сӑри» («петушиное пиво»), посвященный поминовению усопших. В отличие от весенних («ҫурта кунӗ», «калӑм») и летних («ҫимӗк») поминок, осенние церемонии отличались особой сложностью и включали в себя изготовление деревянного изображения покойника — «юпа» (буквально «столб»). Именно этот ритуальный предмет становился центральным элементом всего действа.
Изготовление и символика «юпа»
Обряд начинался с похода в лес для создания «юпа». Это не было простой заготовкой материала — целая процессия отправлялась в лес, везя с собой обрядовые кушанья. Такая практика, вероятно, является отголоском древнего обычая захоронения умерших в лесу, следы которого сохранились у некоторых финно-угорских народов Поволжья. В лесу изготавливалось само изображение, которое затем торжественно доставляли домой для участия в поминальной трапезе.
На «юпа», символизирующем покойника, в верхней части делали глубокие зарубки, а иногда вырезали черты лица — глаза, нос, рот. Исследователь С. И. Руденко отмечал, что на некоторых фигурах присутствовали изображения женских украшений: нагрудных («сурпан ҫакки») или нашейных («мӑй ҫыххи»). Эти детали указывали на половую принадлежность изображаемого — замужнюю женщину или девушку.
Ритуальные действия с «юпа»
Сразу после изготовления в лесу в честь «юпа» устраивали первую трапезу у костра. Участники обряда считали, что дух покойного присутствует в этом изображении и принимает участие в трапезе. Для него специально мастерили миниатюрную мебель — стулья, столик и даже мостик.
Затем «юпа» везли в дом, где с ним обращались как с настоящим покойником: облачали в одежду умершего, укладывали на постель и совершали все ритуальные действия, аналогичные действиям на настоящих похоронах.
Смесь скорби и веселья
Общественные поминки представляли собой уникальное сочетание выражений горя и увеселений. Плачи-причитания, в которых выражалась скорбь об ушедших и стремление защитить живых от смерти, соседствовали с песнями, плясками и игрой на музыкальных инструментах.
По характеру церемоний можно сделать вывод, что они были направлены не только на выражение почтения и заботы о незримо присутствующих духах предков. Эти обряды также носили характер заклинания — через них люди стремились заручиться покровительством умерших в повседневной семейной жизни и, что особенно важно, в земледельческих трудах. Содержание похоронных песен примечательно тем, что в них мотивы реалистического восприятия жизни явно преобладали над религиозно-мистическими.