Давайте сразу проясним: речь пойдет не о домашней буренке, дающей парное молоко. Стеллерова корова — это морское млекопитающее, представитель отряда сирен. Свое название вид получил в честь первооткрывателя — натуралиста Георга Стеллера. В народе же этого зверя из семейства дюгоневых прозвали «капустницей» за его пристрастие к морским водорослям.
Вид был открыт в 1741 году, а последняя особь была уничтожена человеком в 1768-м. Всего 27 лет — срок, ничтожный по меркам эволюции, — потребовался нашему виду, чтобы полностью стереть с лица Земли существо, обитавшее в океане миллионы лет. Эта трагедия — один из первых задокументированных примеров варварского отношения человека к природе.
Зарисовка самки стеллеровой коровы, сделанная Стеллером в XVIII веке, — это, пожалуй, единственное достоверное прижизненное изображение. И хотя официально вид признан вымершим, стоит признать, что надежда теплится: время от времени появляются неподтвержденные сообщения о наблюдении этих животных в отдаленных районах Камчатского края и Командорских островов. Пока энтузиасты и криптозоологи ищут доказательства, самое время познакомиться поближе с удивительными привычками и особенностями этого морского гиганта.
1. Десять тонн добродушия
Грузное тело капустницы венчала маленькая, но подвижная голова, которая, казалось, не соответствовала таким масштабам. Представьте себе: до 10 тонн веса — это сопоставимо с двумя взрослыми африканскими слонами! А теперь добавьте длину до 9 метров, и становится понятно, почему наша героиня относится к представителям мегафауны. Даже по сравнению со своими ближайшими родственниками — ламантинами и дюгонями, чьи габариты и без того считаются крупными, — капустница была настоящим рекордсменом.
Дюгонь — ближайший ныне живущий родственник капустницы. Фотография: Alberto Scarani, CC BY-SA 3.0. Серьезная прослойка подкожного жира толщиной до 10 сантиметров давала возможность этим созданиям сохранять тепло в ледяных водах Командорских островов, где температура воды редко поднимается выше 5–7 °C. Эта жировая изоляция была жизненно необходима для выживания в суровых условиях северных широт.
2. Капустная диета
«Автор, но почему капустница?» — спросит внимательный читатель. И это очень своевременный вопрос! А всё потому, что это огромное существо питалось исключительно... капустой! Правда, не той, что растет на грядках, а морской — ламинарией и другими водорослями. Возникает логичный вопрос: как можно было прокормить такую тушу одними лишь водорослями? У коровы даже не было зубов в привычном понимании — пищу она перетирала двумя роговыми пластинами, покрывающими нёбо и нижнюю челюсть.
Дюгонь, как и его вымерший родственник, полностью одобряет гастрономические привычки. Фотография: karlee ladyk, CC BY 3.0. Считается, что взрослая стеллерова корова съедала в день несколько сотен килограммов водорослей. Собственно, капустница селилась исключительно вблизи зарослей ламинарии, на мелководье. Так и провизия всегда рядом, и среди густых водорослевых «лесов» можно было легко замаскироваться, сделав вид, что ты вовсе не гигантское животное.
3. Кора дуба вместо кожи
Природа постаралась обезопасить корову от случайных травм, которые она могла получить в прибрежной зоне. Её кожа отличалась невероятной грубостью и толщиной — около 2,5 сантиметров. Зоологи XVIII века, описывая её, сравнивали с корой старого дуба. По прочности и эластичности этот покров можно сравнить с современной автомобильной покрышкой. Такая броня надежно защищала корову от порезов об острые прибрежные камни и льдины, что было особенно актуально при её внушительном весе.
Скелет и модель коровы в музее естествознания в Брауншвейге. Фотографии: Daderot, CC0 и Ryan Schwark, CC0. Но были и недостатки. Эпидермис был испещрен складками и трещинами, и буквально кишела паразитами — китовыми вшами и самыми разными ракообразными, которые селились на коже коровы, как в шумном общежитии. И всё же настоящая беда пришла не с морского дна. Броня, способная выдержать удар о скалу, оказалась абсолютно бесполезной против изобретательности самого жестокого хищника на планете — человека.
4. Аэродром для пернатых
Стеллеровой корове было крайне сложно полностью погружаться в водную толщу. Из-за огромного запаса жира она обладала невероятной плавучестью. Её тёмная спина, всегда открытая солнцу и ветру, издалека напоминала плавучий остров или огромное бревно. Этой особенностью охотно пользовались морские птицы, используя корову как плавучий аэродром для отдыха во время длительных перелётов.
Чайки отдыхают на детёныше стеллеровой коровы. Компьютерное моделирование. Пернатые не только отдыхали, но и активно выискивали в складках кожи паразитов. По сути, они избавляли капустницу от одних проблем, но создавали другие. Топтание и удары острых клювов доставляли корове массу неудобств. Георг Стеллер описывал, что животное часто фыркало и тяжело вздыхало — возможно, именно так оно выражало своё недовольство назойливыми пернатыми «попутчиками».
5. Ни лапы, ни ласты
У стеллеровой коровы были конечности. Ну, как конечности? Ещё не полноценные ласты, но уже ластообразные плавники. По сравнению с массивным телом, они выглядели непропорционально короткими — их длина составляла всего 60–70 сантиметров. Из-за этого, а также из-за слабо развитой мускулатуры, корова была очень медлительной и не могла быстро уплыть от опасности. Какое там стремительное бегство от врага?
Стеллеровы коровы на иллюстрации к повести Киплинга «Белый котик», 1895 год. Венчал ластообразную конечность интересный кожный нарост, напоминающий копыто! Под ним скрывались редуцированные кости пальцев — рудиментарное напоминание о наземных предках. Во время кормёжки на мелководье корова использовала эти «руки» для нескольких целей: опиралась на них, чтобы медленно передвигаться по дну, срывала ими водоросли и, что самое важное, защищала ими дорогого сердцу детёныша. Считается, что капустницы были моногамны, создавали пары на всю жизнь, и появившийся на свет «телёнок» оставался с матерью более года, постигая азы выживания.
6. Семейные ценности
Медлительность и доверчивость к окружающим сделали корову лёгкой добычей для алчных охотников. Поначалу капустницы даже не пытались спасаться бегством, а флегматично дожидались, пока охотник подплывёт на расстояние удара гарпуном. В силу своей беззащитности, стеллеровы коровы стали жить в небольших семейных группах. Нет, не для того, чтобы собраться и дать отпор супостату, а чтобы эффективнее заботиться о потомстве и совместно добывать пищу. При этом Стеллер описывал, как коровы отважно пытались спасти своего раненого сородича: они окружали его, пытались перевернуть лодку охотников и избавить сородича от гарпуна, несмотря на многочисленные удары копьями.
Самка стеллеровой коровы с детёнышем, иллюстрация 1898 года. В отличие от многих других млекопитающих, активно использующих звуки для коммуникации, стеллеровы коровы сохраняли поразительное молчание. А всё потому, что у них отсутствовали голосовые связки. К сожалению, эта молчаливость сделала их ещё более беззащитными перед лицом опасности — сородичи не могли предупредить друг друга криком.
7. Не только мясо
По заверениям моряков, одна взрослая корова могла обеспечить пропитанием команду из 30 человек на целый месяц. Однако основной причиной истребления коров стало не только мясо, но и жир. Для моряков и промышленников XVIII века, осваивавших суровые северные территории, эти две составляющих стали настоящим сокровищем. Жир морской коровы, в отличие от ворвани других морских животных, не имел неприятного запаха, не коптил при горении и давал ровное яркое пламя, поэтому его использовали для освещения.
Наполненные жиром лампы горели долго и ярко, что было критически важно в условиях долгой полярной ночи. В дело шли и шкуры капустниц. Из них изготавливали прочную одежду и обувь, ремни, а также обшивали лодки-байдары. Промысел был настолько варварским и бесконтрольным, что привел к полному уничтожению вида менее чем за три десятилетия.
8. И наступил беспорядок
И вот, уже после того, как наша героиня стала историей, выяснился поразительный факт: Стеллерова корова была важнейшим звеном экосистемы, своеобразным «морским садовником». Поедая водоросли, она контролировала их рост. После её исчезновения водоросли начали бесконтрольно разрастаться, нарушая хрупкий баланс прибрежных вод. Это привело к деградации целых экосистем, что, в свою очередь, ударило по популяциям морских ежей, рыб и многих других животных. Пострадал и сам человек, который спровоцировал это исчезновение. Головой надо было думать, а не желудком. Эта история — горький урок того, как недальновидность и жадность могут нанести непоправимый урон природе.