После присоединения Чувашского края к Русскому государству царская власть незамедлительно приступила к укреплению своего контроля над новой территорией. Одной из первых и наиболее болезненных для местного населения мер стала масштабная конфискация земель. Значительные участки, принадлежавшие чувашским крестьянам, были изъяты и переданы в собственность русским служилым людям, монастырям и церквам, что коренным образом изменило аграрную структуру региона и подорвало экономическую основу жизни коренного населения.
Строительство городов-крепостей как инструмент контроля
Параллельно с переделом собственности развернулось активное строительство сети укреплённых городов, призванных стать опорными пунктами военного и административного присутствия. Эти крепости, основанные в ключевых точках (Алатырь — 1552, Чебоксары — 1555, Тетюши — 1558, Цивильск и Ядрин — 1584, Козьмодемьянск — 1583), заселялись военно-служилым сословием. Их истинное предназначение не скрывалось церковными и идеологическими деятелями того времени.
Идеологическое обоснование колониальной политики
В церковных изданиях, предназначенных для духовенства, открыто декларировались двойные цели этой градостроительной политики. Как отмечал один из придворных историков казанского архиепископа по поводу основания Цивильска, город был построен среди чувашских и марийских (черемисских) селений с конкретными задачами. Во-первых, с помощью военной силы и постоянной угрозы подавления удерживать местные народы в повиновении, не допуская повторения крупных восстаний, подобного крестьянскому восстанию 1572 года. Во-вторых, эти города должны были стать центрами христианской миссии, способствуя обращению языческого населения в православную веру. Таким образом, военно-политическое подавление и религиозно-культурная ассимиляция рассматривались как взаимодополняющие инструменты интеграции нового региона в состав государства.