Как видно из представленного материала, чувашская несказочная народная проза представляет собой невероятно богатое и многогранное культурное наследие. Она поражает разнообразием тем, глубиной содержания, художественных форм и выразительных средств. В данной работе была сделана попытка комплексного анализа всего корпуса сохранившихся исторических преданий. Подход включал в себя источниковедческую критику, учет жанровых особенностей, сопоставление с данными исторической науки и документальными свидетельствами. Это позволило создать целостную, обобщенную картину ключевых эпох, переломных периодов и судьбоносных событий в жизни чувашского народа, которая в целом соответствует современным научным представлениям.
Исторический путь в зеркале преданий
Подлинно народные предания донесли до нас память о том, что древние предки чувашей обитали на юго-востоке, затем мигрировали на Северный Кавказ, а в эпоху распада первобытного строя и зарождения классового общества переселились в Волго-Камский регион. Легенды героического цикла отражают переход от эпохи военной демократии к созданию государственности — возникновению Волжской Булгарии. Рассказы о чувашских правителях, знати, угнетателях и угнетенных формируют общее представление о государственном устройстве булгаро-чувашей. В этот период шло активное формирование булгарской (древнечувашской) народности в результате смешения пришлых тюркских племен с местным финно-угорским населением.
Трагическая страница истории началась с монгольского нашествия: разгром городов, массовое истребление населения Волжской Булгарии и ликвидация ее государственности, установление тяжелого ига. Предания сохранили воспоминания о чудовищных погромах, систематическом терроре и невиданной жестокости завоевателей. Народ не смирялся, ведя борьбу против монголо-татарских феодалов. Под их ударами, сначала в XIII, а окончательно во второй половине XIV века, булгаро-чуваши были вынуждены покинуть Закамье, земли современных Самарской и Ульяновской областей, юго-восток нынешней Чувашии и уйти в северные лесные районы и в Приказанье. К XVI веку завершился процесс формирования собственно чувашской народности. Устные рассказы свидетельствуют, что жизнь в отколовшемся от Золотой Орды Казанском ханстве была полна тягот и тревог.
Особое место в фольклоре занимает величественная эпопея освободительной борьбы чувашского народа против казанских ханов и феодалов за присоединение к Российскому государству. Эта борьба увенчалась успехом. Примечательно, что в преданиях полностью отсутствуют положительные оценки монголо-татарского ига. В то же время нет и рассказов, осуждающих действия русских войск во время взятия Казани и после него.
Жизнь в составе России и художественные особенности преданий
Народная память сохранила свидетельства о прогрессивном характере добровольного, «по челобитью», вхождения чувашей в состав России, что положило начало новому периоду их истории. В крае установился мир, система управления претерпела серьезные изменения, были построены города-крепости. Предания детально освещают такие важные положительные процессы, как расширение пахотных земель за счет расчистки лесов, возникновение сотен новых селений, заселение южных районов Чувашии, участие чувашских крестьян в освоении Закамья и других земель Среднего Поволжья, колонизация Приуралья и формирование чувашской диаспоры. Информация устных источников в основном совпадает с документальными свидетельствами.
Однако и в России чувашский народ столкнулся с тяжелым социальным и национально-колониальным гнетом. Предания широко и разносторонне отразили многострадальную жизнь трудящихся Чувашии в XVI–XIX веках, их борьбу вместе с русскими и другими поволжскими народами под знаменами Степана Разина и Емельяна Пугачева, в восстании 1842 года. Хотя многие сюжеты носят локальный характер, в совокупности они рисуют картину общенародного масштаба.
Жанровое своеобразие и художественные приемы
Для древнего и булгарского периодов характерны легендарные и сказочные предания, часто героического содержания, отличающиеся высокой эстетической отделкой. В них иногда действуют сверхъестественные силы. Количество таких произведений в более поздние периоды сокращается, хотя они встречаются вплоть до середины XIX века. Начиная с преданий о монголо-татарском иге, возрастает число конкретно-исторических, фабульных, а иногда и многосюжетных произведений, фактографических и топонимических рассказов.
Известны сотни сюжетов. Наряду с уникальными, существуют широко распространенные мотивы: о мосте-радуге, богатырских поединках, животном-вожаке, победе над змеем, взятии городов с помощью птиц-поджигателей, основании селений тремя братьями, «ответе» земли о ее принадлежности и многие другие.
Некоторые древние сюжеты находят параллели в фольклоре тюркских, иранских и финно-угорских народов. В преданиях более позднего периода наблюдается сюжетное сходство с русской, марийской и мордовской исторической прозой. Если русским преданиям свойственны размах и поэтизация, то чувашские выделяются богатством конкретного содержания, народностью и особой, «приятной незатейливостью», в которой отразился характер самого народа.
Чувашским преданиям присущи общие для несказочной прозы черты: в центре — общественно-политические события и лица, социальный (а иногда национальный) конфликт. Через частные случаи раскрывается типическое для эпохи. Многие повествования точно передают факты, в других допускается художественный вымысел, достоверно раскрывающий дух времени. Для доказательства достоверности часто приводятся ссылки на давность рассказа, авторитет сказителей, а также «вещественные доказательства»: курганы, рвы, старые дороги, грамоты. Рассказ часто привязан к конкретной местности. Некоторые предания имеют традиционные зачины и концовки.
Долговечность преданий обеспечивалась не только важностью информации, но и их художественными достоинствами. Композиция многих из них динамична, сюжеты эмоциональны, насыщены героическим, драматическим или трагическим пафосом. Используются поэтический вымысел, гипербола, идеализация положительных героев. Запоминаемости способствуют традиционные мотивы, символические числа (3, 7, 12, 40 и др.), народные сравнения, меткие выражения, эпитеты, диалоги.
Ценность преданий и перспективы изучения
Реальные исторические предания имели огромное познавательное и воспитательное значение. Для бесписьменного народа они были главным средством познания истории, хранилищем социальной памяти, играли ключевую роль в воспитании молодежи на традициях борьбы с врагами, героизма, созидательного труда, высокой нравственности и идеалах справедливости.
Для современной науки предания ценны как источник для понимания народной оценки истории, выяснения мировоззрения, чаяний и социальных идеалов, а также для уточнения исторических фактов. Их использование в научных трудах оживляет изложение и помогает реконструировать картины прошлого. Они также представляют благодатный материал для художественной литературы, оперного и балетного искусства, живописи.
К сожалению, в нашей стране историки долгое время не уделяли преданиям должного внимания, оставляя их изучение фольклористам и этнографам. В то же время на Западе (в Англии, Франции, США и др.), а также в ряде стран Азии и Африки за последние десятилетия сформировалась самостоятельная научная дисциплина — устная история, с разработанной методологией, учебными курсами, журналами и научными центрами.
Учитывая почти полное отсутствие письменных источников по истории чувашей до середины XVI века, историкам невозможно обойтись без широкого привлечения устных источников наряду с археологическими данными. Пока народная память хранит эти традиции, историческое сказительство продолжает жить, хотя и в меньших масштабах, чем в XIX веке. Необходимо приложить все усилия чувашских историков, фольклористов и этнографов для срочной фиксации на аудионосители и в письменной форме еще сохранившихся в народе исторических преданий, пока не поздно.