Стоял январь — разгар суровой владивостокской зимы с пронизывающими ветрами и крепкими морозами. Мне, как второму дизельному механику, предстояло решить множество задач: получить запчасти по заявке, организовать доставку бочек с машинным маслом, обеспечить экипаж тёплой спецодеждой — шапками, телогрейками, утеплёнными штанами. Возникал резонный вопрос: зачем такие вещи в южный рейс? Однако у руководства, как всегда, были свои соображения, о которых нам не сообщали.
Судовая суматоха перед отплытием
Старший помощник капитана был полностью поглощён закупкой провизии. Судовой врач получал медикаменты на весь предстоящий рейс. Третий штурман, сбиваясь с ног, оформлял документы, стараясь уложиться в сроки и избежать недовольства капитана. Боцман руководил матросами, занимаясь доставкой краски и прочими палубными работами. Старший механик и капитан вели переговоры с представителями конторы, и после их встреч чиновники неизменно удалялись в приподнятом настроении. Вся эта кипучая деятельность подчинялась одной цели: получить всё заказанное и ничего не упустить.
На борту танкера, готовящегося к девятимесячному плаванию на юг, постоянно толпились посторонние: родственники, друзья, знакомые членов экипажа. Со всех сторон сыпались просьбы привезти сувениры из-за границы.
Перспективы дальнего рейса
По плану, нам предстояло пополнять запасы топлива в порту Аден и снабжать соляркой советские рыболовецкие суда, ведущие промысел в южных широтах. Экипаж был доволен таким маршрутом — он сулил неплохой заработок. Помимо основной зарплаты, мы должны были получать часть дохода в иностранной валюте.
На эти деньги можно было купить дефицитные товары за границей, чтобы потом перепродать их на владивостокском рынке. Прибыль обещала быть значительной. В те времена такая деятельность называлась спекуляцией и сурово преследовалась властями. За подобное можно было легко лишиться заграничного паспорта (визы) и надолго потерять шанс попасть в зарубежный рейс.
Сегодня это легальный бизнес, а тогда за него реально было отправиться в места не столь отдалённые, например, в солнечный Магадан. Сейчас, занимаясь подобным, можно хорошо заработать и позволить себе отдых на Канарах, в Египте, Турции или в любой другой точке земного шара.
Последние приготовления и суеверия
К пирсу подъехала машина с продуктами. Нужно было срочно выделить людей на разгрузку. Поскольку машинная команда была многочисленнее палубной, эта задача легла на наши плечи. Особый ажиотаж возник, когда пошли ящики с вином. Экипажу, идущему в южные широты, полагалась бутылка сухого вина на трое суток. Сильная жара в тропиках часто отбивала у моряков аппетит, особенно у тех, кто работал в машинном отделении. Стакан вина перед обедом должен был этот аппетит стимулировать. Но здесь была одна особенность…
Команда обычно выпивала положенную норму за все девять месяцев плавания сразу, пока запас не иссякал. Получалась парадоксальная ситуация: в северных рейсах нельзя было и рта раскрыть — сразу лишали премии и клеймили алкашом, а на юге — пожалуйста, выпей для аппетита. Наконец, погрузка была завершена.
Поступила команда «К машинам!». Вахтенный механик со своей сменой приступил к подготовке главной силовой установки к работе — целому комплексу процедур, включающему запуск вспомогательных механизмов. Прозвучал приказ всем посторонним покинуть борт. Выход на рейд прошёл без происшествий, но там мы встали. Никто не понимал причины задержки. Я спросил у штурмана, чтобы знать, в каком режиме держать машину. Штурман ответил, что мы не снимемся с якоря, пока не закончится понедельник. Капитан был суеверен и считал этот день неподходящим для начала пути.
Понедельник должен был закончиться в полночь. У меня было предчувствие, что эта вахта выпадет именно на меня.